Обращение в суд за защитой нарушенного права как основание нетечения исковой давности

В результате реформы гражданского законодательства кардинальным образом пересмотрена модель течения исковой давности при защите нарушенного права в судебном порядке – исковая давность в такой ситуации не прерывается, а не течёт. Одновременно с этим расширен перечень случаев, подпадающих под это правило. Если ранее говорилось только о «предъявлении иска в суд», то в нынешней редакции ст. 204 ГК РФ речь идёт уже об «обращении в суд за защитой нарушенного права».

Принципиальное значение вопрос о том, какие ситуации охватывает собой приведённое понятие, приобретает при рассмотрении ряда последовательных судебных споров, направленных на разрешение одного и того же юридического конфликта. Каков критерий применения нормы п. 1 ст. 204 ГК РФ к различным вариациям описанного случая? Должны ли последовательно предъявленные иски быть тождественными? Влияет ли ошибка в избрании надлежащего способа защиты нарушенного права на течение исковой давности?

В настоящей статье предпринимается попытка обозначить наиболее типичные, устоявшиеся в судебной практике подходы к применению ст. 204 ГК РФ в заданном контексте.

Постановка проблемы

Обращение в суд за защитой нарушенного права являет собой один из ключевых фактов, влияющих на течение исковой давности.

До 1 сентября 2013 года в случае предъявления иска в установленном порядке исковая давность прерывалась, в связи с чем течение срока исковой давности начиналось заново, а время, истекшее до перерыва, не засчитывалось в новый срок (ст. 203 ГК РФ в редакции, действовавшей до 01.09.2013). Однако в ходе реформирования гражданского законодательства это обстоятельство исключено из оснований перерыва исковой давности.

Норма п. 1 ст. 204 ГК РФ в действующей редакции следующим образом определяет последствия предъявления иска в суд для целей исчисления исковой давности:

«Срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права»

Учитывая избранную законодателем терминологию («не течёт» вместо «приостанавливается»), «нетечение» срока исковой давности рассматривается в качестве особой конструкции, влияющей на исчисление исковой давности (наряду с традиционными институтами – приостановлением и перерывом), вместе с тем в юридической доктрине признается безусловное сходство этого института с приостановлением исковой давности.

Используемая в ст. 204 ГК РФ формулировка «исковая давность не течёт», с одной стороны, охватывает ситуацию, когда спор не завершается без вынесения решения по существу (в этом случае обращение в суд влечёт временную остановку течения исковой давности). В этом случае «нетечение» давности функционально идентично приостановлению. И здесь на первый план выходят вопросы определения как начального, так и конечного моментов такого нетечения срока.

В то же время указанная формулировка позволяет охватить и ситуацию, когда спор разрешается окончательно. В этом случае не может идти речи о продолжении течения исковой давности, поскольку право на судебную защиту уже реализовано. Иными словами, завершение судебного разбирательства и окончательность постановленного судебного решения не приведут к дальнейшему течению исковой давности. Практический смысл такого подхода проявляется в исчислении исковой давности по дополнительным требованиям, где ключевое значение имеет истечение давности по главному требованию (ст. 207 ГК РФ).

В тени внимания к этой терминологической проблеме оказалось другое, не менее важное нововведение ст. 204 ГК РФ, которое можно наблюдать в сравнении с ранее действовавшей редакцией ст. 203 ГК РФ, – формулировка «предъявление иска в суд» заменена более широким понятием «обращение в суд за защитой нарушенного права».

Необходимость такой новеллы обоснована в п. 1.8 проекта Концепции совершенствования общих положений ГК РФ, в котором подчеркнуто, что судебная защита нарушенного права может в определённых случаях осуществляться не только в исковом производстве, но и путём выдачи судебного приказа, равно как и удовлетворением требования в различных процедурах по делу о банкротстве. Это обстоятельство в определённой мере нашло отражение в абз. 1 п. 17 постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – постановление № 43). В нем к случаям обращения в суд отнесены наряду с предъявлением иска также подача заявления о вынесении судебного приказа и обращение в третейский суд. Стоит отметить, что подача заявления о выдаче судебного приказа и ранее приравнивалась к предъявлению иска в суд (абз. 3 п. 15 совместного постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 12/15.11.2001 № 15/18).

Соприкасаясь с обстоятельствами конкретных судебных споров, положение п. 1 ст. 204 ГК РФ наталкивается на целую череду трудностей. Принципиальное значение вопрос о том, какие ситуации охватывает собой приведённое понятие, приобретает при рассмотрении ряда последовательных судебных споров, направленных на разрешение одного и того же юридического конфликта. Каков критерий применения нормы п. 1 ст. 204 ГК РФ к различным вариациям описанного случая? Должны ли последовательно предъявленные иски быть тождественными? Влияет ли ошибка в избрании надлежащего способа защиты нарушенного права на течение исковой давности?

В настоящей статье предпринимается попытка обозначить наиболее типичные, устоявшиеся в судебной практике подходы к применению ст. 204 ГК РФ в указанном контексте, в надежде, что представленный эмпирический материал впоследствии может послужить почвой для дальнейших теоретических обобщений.

Внешнее тождество последовательно предъявляемых исков

Условное «ядро» тех случаев, которые подпадают под диспозицию п. 1 ст. 204 ГК РФ, составляют ситуации, когда после завершения судебного разбирательства без вынесения решения по существу предъявляется иск, являющийся тождественным первоначальному (то есть иск, совпадающий по субъектному составу, предмету и основанию).

Тезис о том, что под «обращением в суд за защитой нарушенного права» следует понимать последовательное предъявление процессуально идентичных исков, формулируется в судебной практике весьма категорично. Так, Арбитражный суд Московского округа в одном из своих актов высказался следующим образом:

«Единообразная судебная практика исходит из того, что применение норм статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации возможно в определенных данной статьей случаях и при том условии, что иски являются тождественными.

Течение срока исковой давности прерывается в отношении конкретного дела, направленного на защиту конкретных нарушенных прав, исходя из предмета и основания иска, и не может распространяться на иные иски, которые могут быть заявлены самостоятельно в суд в будущем с учетом выбранного истцом способа защиты нарушенного права»

Эта позиция разделяется как арбитражными судами иных округов, так и судами общей юрисдикции.

Весьма широкий круг ситуаций, охватываемый приведённой характеристикой, распадается на несколько более или менее однородных категорий споров, исходя прежде всего из процессуальных особенностей их рассмотрения.

Оставление первоначального иска без рассмотрения. В контексте применения ст. 204 ГК РФ архетипической является ситуация, когда после оставления судом иска без рассмотрения повторно предъявляется тождественный иск. В этом случае период судебного разбирательства по первому иску (с момента предъявления иска в суд и до вступления в силу определения суда об оставлении его без рассмотрения) не включается в срок исковой давности в отношении повторного иска – в этот промежуток времени исковая давность не текла.

Применение п. 1 ст. 204 ГК РФ к этой ситуации в судебной практике не вызывает затруднений, поскольку при предъявлении и первоначального, и последующего иска речь идёт о защите одного и того же субъективного права. Собственно говоря, в расчёте именно на этот случай правило о нетечении исковой давности в период судебной защиты нарушенного права конкретизируется в п. 2 ст. 204 ГК РФ, согласно которому при оставлении судом иска без рассмотрения течение срока исковой давности, начавшееся до предъявления иска, продолжается в общем порядке, если иное не вытекает из оснований, по которым осуществление судебной защиты права прекращено.

Прекращение производства по первоначальному иску в связи с отсутствием компетенции на рассмотрение спора. К случаям оставления иска без рассмотрения тесно примыкает ситуация, когда прекращение производства по делу не препятствует повторному обращению в суд с теми же требованиями. В частности, если истец после прекращения производства по делу в связи с отсутствием у суда соответствующей компетенции обращается с тождественным иском в компетентный суд (абз. 2 ст. 220 ГПК РФ, п. 1 ч. 1 ст. 150 АПК РФ).

Собственно говоря, положения ст. 204 ГК РФ на данную ситуацию распространил Пленум ВС РФ, более того, в порядке аналогии допустив в этом случае и удлинение исковой давности в порядке п. 3 указанной статьи (абз. 2 п. 18 постановления № 43). Такой подход восходит к позиции Президиума ВАС РФ, в силу которого возложение на истца юридических рисков, связанных с неясностью процессуальных правил о подведомственности дел судам, входящим в единую судебную систему, является недопустимым.

Повторное обращение в суд, если ранее выданный судебный приказ был отменен. Пленум ВС РФ в порядке аналогии распространил норму п. 3 ст. 204 ГК РФ и на ситуацию отмены судебного приказа в связи с поступлением возражений должника (ст. 129 ГПК РФ, ч. 4 ст. 229.5 АПК РФ) (абз. 2 п. 18 постановления № 43).

Учитывая эту позицию, суды нижестоящих инстанций исключают из общего срока исковой давности период с момента обращения в суд за выдачей судебного приказа до даты отмены судебного приказа определением суда, указывая, что в этот период срок не течёт.

Предъявление иска в суд, если ранее третейское разбирательство по тождественному иску завершено безрезультатно. Положение п. 1 ст. 204 ГК РФ охватывает собой ситуации, когда в связи с безрезультатностью арбитража (третейского разбирательства) истец предъявляет тождественный иск в государственный суд.

Данную категорию случаев можно разделить на три ситуации:

1) третейское разбирательство завершается без вынесения решения по существу (как в связи с отсутствием компетенции, так и по различного рода организационным основаниям, например, в связи с прекращением деятельности третейского суда);

2) решение третейского суда отменено государственными судом (ст. 421 ГПК РФ, ст. 223 АПК РФ);

3) государственный суд отказал в выдаче исполнительного листа на исполнение решения третейского суда (ст. 426 ГПК РФ, ст. 239 АПК РФ).

Изложенный подход нашёл отражение в практике высшей судебной инстанции. Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ при рассмотрении конкретного дела высказалась в том смысле, что «выводы, изложенные в п. 18 постановления № 43, по аналогии могут быть распространены и на ситуации отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, когда такой отказ произведён со ссылкой на неарбитрабельность рассмотренного спора». Тем самым в п. 18 постановления № 43 выявлен пробел в части последствий отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, который был устранен путём аналогии.

Установление требования в рамках дела о банкротстве, если соответствующее требование ранее предъявлено в суд в общеисковом порядке. Ещё одна категория споров, где также можно говорить о предъявлении тождественных требований, – это установление требования в реестре требований кредиторов должника. Если ранее заявитель уже обращался в суд с аналогичными требованиями в общеисковом порядке, то срок рассмотрения этого спора не включается в срок исковой давности для целей установления требований в деле о банкротстве должника, в том числе, когда соответствующий иск предъявлялся в суд иностранного государства, компетентный на разрешение данного спора.

Неменьший интерес представляет зеркальная ситуация: сначала требование рассматривается в рамках дела о банкротстве должника, а впоследствии – после прекращения дела о банкротстве – соответствующее требование заявляется в общеисковом порядке. Для целей повторного требования срок исковой давности с момента предъявления заявления о включении требований в реестр требований кредиторов должника и до прекращения производства по делу о банкротстве не течёт применительно к п. 1 с т. 204 ГК РФ .

При этом речь необязательно идёт только о прекращении производства по делу о банкротстве. Так, в одном из дел ресурсоснабжающая организация, ссылаясь на возникновение неосновательного обогащения в связи с бездоговорным потреблением электроэнергии, обратилась в рамках дела о банкротстве должника с заявлением об установлении требований в реестре требований кредиторов. Поскольку часть заявленной суммы относилась к текущим обязательствам должника и не подлежала включению в реестр, организация обратилась с иском о взыскании этой суммы в общеисковом порядке. Рассматривая этот спор, суды пришли к выводу о нетечении срока исковой давности в период рассмотрения заявления об установлении требований в рамках дела о банкротстве.

Предъявление иска в суд, если ранее надлежаще заявленный тождественный иск не был рассмотрен по завершении судебного разбирательства. Наконец, ещё одну группу случаев применения ст. 204 ГК РФ образуют ситуации повторного предъявления иска в суд при условии, что ранее надлежаще заявленный тождественный иск не был рассмотрен по завершении судебного разбирательства.

Так, в рамках одного из дел в суд были заявлены иск покупателя о взыскании неустойки в связи с нарушением условий договора поставки и встречный иск поставщика о признании отказа покупателя от исполнения договора недействительным и взыскании задолженности. Отказав в удовлетворении иска покупателя, суд счёл обоснованными требования поставщика, оспаривающего односторонний отказ от договора, однако не высказался в части взыскания долга, в том числе при обращении поставщика с заявлением о вынесении дополнительного судебного решения. В связи с этим поставщик повторно предъявил иск о взыскании задолженности. При рассмотрении повторного иска суды сочли, что срок исковой давности по заявленным требованиям перестал течь с момента обращения истца со встречным иском в рамках первого спора и не тек весь период времени, пока осуществлялась судебная защита.

Важно отметить, что суд кассационной инстанции при принятии соответствующего решения оценил поведение истца. В частности, было указано, что суд не принял какого-либо процессуального решения по встречному иску «по независящим от истца причинам», а истец обращался с требованием о вынесении дополнительного судебного решения. В этой связи представляет интерес следующий казус. При рассмотрении иска, предъявленного к нескольким лицам, суд по ходатайству истца привлек государственный орган в качестве соответчика, а затем суд исключил его из числа таковых по своей инициативе – без соответствующего ходатайства и согласия истца. Учитывая принятое решение, истец предъявил отдельный иск к указанному государственному органу. Однако в данном случае суды не сочли возможным применение п. 1 ст. 204 ГК РФ в части нетечения исковой давности в период рассмотрения первого спора, указав на бездействие истца, не возражавшего против исключения государственного органа из числа ответчиков и не заявляющего соответствующих ходатайств.

Оценка обоснованности критерия тождества исков для целей ст. 204 ГК РФ. Если оставить за скобками категоричность в используемых формулировках, то определение сферы применения ст. 204 ГК РФ через критерий внешнего тождества исков представляется вполне обоснованным.

Такой подход в первую очередь согласуется с буквальным смыслом анализируемой нормы, потому как тождество исков само по себе означает, что речь идёт о судебной защите одного и того же субъективного права.

Наряду с этим такой подход сообразуется с целями исковой давности.

Обобщенно говоря, назначение исковой давности заключается в обеспечении баланса между двумя разнонаправленными частноправовыми интересами. Установление временного ограничения на предъявление иска в первую очередь стимулирует кредитора незамедлительно обратиться в суд с тем, чтобы разрешить и устранить возникшую неопределённость в отношениях сторон. Тем самым исковая давность способствует защите распорядительной свободы обязанного лица, освобождая его от необходимости формировать резервы на покрытие рисков, связанных с возможным предъявлением претензий, и позволяя использовать соответствующий капитал в иных (в том числе в инвестиционно-производственных) целях. В то же время продолжительность срока исковой давности должна обеспечивать управомоченному лицу объективную возможность обратиться в суд за защитой нарушенного права.

Управомоченное лицо, инициируя судебное разбирательство и воплощая тем самым предопределяемую целями исковой давности поведенческую модель, явным образом демонстрирует, что юридический конфликт между сторонами не исчерпан. Поскольку последующий иск тождественен первоначальному, у ответчика на момент повторного судебного разбирательства нет никаких оснований полагать, что истец утратил какой-либо интерес к защите своего субъективного права. Одновременно с этим такой подход учитывает интересы истца в обеспечении эффективной судебной защиты, обеспечивая ему реальную возможность вновь обратиться в суд, если финальный судебный акт по первому иску не имеет эффекта res judicata.

С учётом изложенного исковая давность для целей рассмотрения повторного иска не течёт в период судебного разбирательства по ранее предъявленному тождественному иску, которое завершилось без вынесения решения по существу.

Между тем последовательность выраженного в материально-правовой норме подхода в его преломлении с процессуальным законодательством прослеживается не в полной мере.

Так, последствия течения исковой давности диаметрально противоположны в зависимости от того, был ли ранее предъявленный тождественный иск оставлен без рассмотрения или возвращен, однако разница в основаниях оставления иска без рассмотрения и возвращения такого в некоторых случаях едва уловима. К примеру, если принятый судом к производству иск будет оставлен без рассмотрения в связи с несоблюдением претензионного или иного обязательного досудебного порядка урегулирования спора (абз. 2 ст. 222 ГПК, п. 2 ч. 1 ст. 148 АПК РФ), то для целей последующего предъявления тождественного иска срок исковой давности в этот период не течёт. Если же несоблюдение такого порядка будет обнаружено при рассмотрении вопроса о принятии заявления, в результате чего иск подлежит возвращению (п. 1 ч. 1 ст. 135 ГПК РФ, п. 5 ч. 1 ст. 129 АПК), то такое обращение в суд не влияет на течение исковой давности применительно к повторному иску (абз. 3 п. 17 постановления № 43).

Другой аспект обозначенного подхода – это строгость совпадения элементов исков для определения внешнего тождества исков. В этом контексте примечательно, что для целей применения п. 1 ст. 204 ГК РФ суды признают иски тождественными и случае формального несовпадения сторон спора. Например, в рамках судебного спора по иску государственного органа о признании договора аренды недействительным и обязании привести земельный участок в соответствие с его целевым назначением суд кассационной инстанции не согласился с выводами нижестоящих инстанций о пропуске срока исковой давности, указав, что ранее иск об освобождении спорного земельного участка был предъявлен прокурором в интересах прежнего собственника участка и обоснован его нецелевым использованием, однако производство по делу прекращено в связи с его неподведомственностью суду общей юрисдикции.

Альтернативность последовательно предъявляемых исков

Вторую весьма широкую группу споров, при рассмотрении которых суды считают подлежащей применению ст. 204 ГК РФ, образуют случаи повторного обращения в суд при отказе в удовлетворении первого иска в связи избранием неправильного способа защиты.

Иски, основанные на взаимоисключающей правовой квалификации одних и тех же фактических обстоятельств дела (основания иска), с известной долей условности можно именовать альтернативными. Возможность предъявления таких исков построена на концепции фактической индивидуализации иска, в соответствии с которой индивидуальность основанию иска придают только факты, а не предложенная истцом юридическая квалификация. Определение надлежащего способа защита нарушенного права – прерогатива суда. В этом смысле иски, вытекающие из одних и тех же фактических обстоятельств, но предполагающие взаимоисключающую квалификацию заявленных требований, являются тождественными.

Такой подход предполагает рассмотрение альтернативных исков (вернее, оценку судом применимости альтернативных способов защиты права к фактическим обстоятельствам спора) в рамках одного судебного разбирательства. Даже если истец, предъявляя иск, избрал лишь один из способов защиты, презюмируется, что он обозначил все релевантные данной ситуации альтернативы.

Распространяя эту логику на п. 1 ст. 204 ГК РФ, Пленум ВС РФ указал следующее:

«Со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права срок исковой давности не течет на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита (пункт 1 статьи 204 ГК РФ), в том числе в случаях, когда суд счел подлежащими применению при разрешении спора иные нормы права, чем те, на которые ссылался истец в исковом заявлении, а также при изменении истцом избранного им способа защиты права или обстоятельств, на которых он основывает свои требования (часть 1 статьи 39 ГПК РФ и часть 1 статьи 49 АПК РФ)»

Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ в одном из дел в со ссылкой на указанное разъяснение пришла к выводу, что тот факт, что истец в ходе судебного разбирательства уточнил испрашиваемые последствия недействительности прикрываемой сделки (вместо признания права собственности на недвижимость потребовал взыскания ее стоимости), не влияет на течение исковой давности – такой срок не течёт с момента предъявления в суд первоначальных требований.

Как отмечает И.Н. Кашкарова, данное положение представляет собой «своеобразную льготу для истца, который успел вовремя сориентироваться и в ходе процесса изменил исковые требования (в допустимых процессуальным законом пределах), чтобы его иск был удовлетворен сообразно подлежащему применению способу защиты нарушенного права. Течение исковой давности в этом случае следует считать приостановленным ретроспективно, с обратной силой – для любых потенциально применимых способов защиты».

Вместе с тем абстрактность предложенной формулы не позволяет во многих случаях установить пределы допустимости переквалификации заявленных требований с должной степенью определённости. Отказ в иске по мотиву ненадлежащего способа защиты нарушенного права остаётся достаточно распространенным явлением.

В связи с этим неудивительно, что положение п. 1 ст. 204 ГК РФ применяется судами и в ситуации предъявления самостоятельного иска, если в удовлетворении предшествующего иска, направленного на защиту одного и того же интереса, отказано в связи с избранием ненадлежащего способа защиты субъективного права.

Примеры ссылки на альтернативность исков для целей применения ст. 204 ГК РФ. В качестве наиболее типичной ситуации следует обозначить случаи последовательного предъявления договорного и внедоговорного требований.

Так, в одном из дел администрация муниципального образования предъявила иск к арендатору о взыскании арендной платы, однако в иске было отказано в связи с незаключенностью договора. Истец повторно обратился за взысканием неосновательного обогащения. Суд кассационной инстанции, исчисляя срок исковой давности в отношении повторного иска, заключил следующее:

«Предъявляя требования о взыскании с ответчика арендных платежей за спорный период в рамках дел № А71-13999/2015 и № А71-14589/2015, истец исходил из заключенности соответствующих договоров аренды. Обращение в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права с ошибкой в правовой квалификации, которая послужила причиной для отказа в иске, не может являться основанием для течения срока исковой давности на протяжении рассмотрения дела судом. Соответственно, время производства по указанным выше делам в соответствии с пунктом 1 статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит исключению из течения срока исковой давности»

Вывод о применении п. 1 ст. 204 ГК РФ суды делают и в случае использования альтернативных способов защиты нарушенного права в обратном порядке: при предъявлении сначала кондикционного иска, а вслед за ним – договорного.

В частности, в другом деле истец последовательно обратился в суд сначала с иском о признании права на долю в праве общей долевой собственности на здание, а затем с требованием о взыскании неосновательного обогащения, составляющего разницу между рыночной стоимостью здания до проведения реконструкции и после ее завершения. В удовлетворении обоих исков было отказано в связи с избранием ненадлежащего способа защиты нарушенного права, в связи с чем истец предъявил договорный иск – о возмещении затрат, связанных с реконструкцией спорного объекта и выраженных в фактических инвестиционных вложениях при реализации инвестиционного договора. При разрешении последнего из предъявленных исков суд счёл, что исковая давность для целей рассмотрения этого иска не текла в период рассмотрения двух предшествующих исков.

Примечателен также и следующий пример отказа в иске в связи с избранием ненадлежащего способа защиты нарушенного права. Конкурсный управляющий от имени должника предъявил иск к банку о взыскании неосновательного обогащения, мотивировав это тем, что в период внешнего управления банк как залоговый кредитор получил всю стоимость реализованного на торгах предмета залога вместо причитающихся 80% этой суммы. Суд отказал в удовлетворении заявленных требований, указав на ненадлежащий способ защиты нарушенного права. Впоследствии конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением об оспаривании такого перечисления по правилам главы III.1 Закона о банкротстве. Суды пришли к выводу, что исковая давность по требованию об оспаривании указанной сделки не текла в период разбирательства по делу о неосновательном обогащении.

В то же время альтернативность исков констатируется не во всех случаях, когда иски, на первый взгляд, направлены на защиту одного и того же материального интереса истца. К примеру, суды исходят из того, что рассмотрение судом требования о расторжении договора не влияет на течение исковой давности по иску о взыскании дебиторской задолженности по такому договору.

Так, поддержав позицию нижестоящих судов о том, что рассмотрение спора о расторжении договора купли-продажи и возврате переданного товара (акций непубличного акционерного общества) не влияет на течение исковой давности в отношении иска о взыскании задолженности по такому договору, суд кассационной инстанции мотивировал такой подход следующим образом:

«…избранный истцом в настоящем деле способ защиты нарушенного права является самостоятельным способом защиты гражданских прав, не вытекает из требований о взыскании денежных средств по спорному договору, по существу является конкурирующим иском по отношению к требованию о взыскании денежных средств, в связи с чем удовлетворение одного из данных исков исключает удовлетворение другого»

Не менее категоричен вывод, сделанный в другом споре при рассмотрении аналогичных требований:

«…обращение финансового управляющего… с иском о расторжении договора… не может ни прерывать исковую давность, как полагает финансовый управляющий, ни останавливать ее течение в соответствии с пунктом 1 статьи 204 ГК РФ (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации»). Предмет иска, рассмотренного в указанном деле, нетождественен настоящему требованию финансового управляющего, и обращение с иском о расторжении договора останавливает течение исковой давности только по этому требованию, а не по требованию об исполнении обязанности по тому же договору»

Критерии применения ст. 204 ГК, которыми руководствуются суды в заданной ситуации, трудноуловимы и зачастую выводятся интуитивно.

Адаптация критерия альтернативности исков для целей ст. 204 ГК РФ. Представляется, что применение ст. 204 ГК РФ к ситуации последовательного предъявления альтернативных исков следует допускать только при условии, что при рассмотрении первоначального иска суд, отказавший в его удовлетворении со ссылкой на ненадлежащий способ защиты права, располагал возможностью переквалификации заявленных требований. Иными словами, такие иски должны быть тождественными с точки зрения их фактической индивидуализации.

Если вновь обратиться к целям института, то речь о нетечении исковой давности может идти только в случае, если истец явным образом обозначил свою небезразличность к юридическому конфликту между сторонами и устремление к его разрешению в судебном порядке. В этом смысле ответчик должен иметь отчетливое представление о том, что последующий иск преследует цель разрешения того же конфликта, что иск первоначальный, а не является средством разрешения другого конфликта между теми же лицами.

Каким образом у ответчика может сложиться такое понимание?

Пределы возможности переквалификации заявленных требований в свое время обозначил Президиум ВАС РФ, хотя также в абстрактной форме:

«…выбор судом норм права не является произвольным, он зависит от установленного судом характера отношений»

Надо полагать, что требуемая для ответчика ясность может наступить только в тех ситуациях, когда возможность переквалификации правоотношений типизирована в судебной практике. Прежде всего речь идёт о следующих модальностях:

1) переквалификация виндикационного иска соответственно в иск о применении последствий недействительности сделки либо в иск о возврате имущества, вытекающий из договорных отношений;

2) переквалификация иска о признании права собственности на недвижимое имущество, связанного с неисполнением договора купли-продажи будущей недвижимой вещи, в иск о понуждении к исполнению обязательства по передаче индивидуально определённой вещи и о государственной регистрации перехода права собственности на недвижимую вещь, являющуюся предметом договора купли-продажи;

3) переквалификация исковых требований в связи с установлением правовой природы договора, связанного с инвестиционной деятельностью в сфере финансирования строительства или реконструкции объектов недвижимости;

4) переквалификация кондиционного иска в иск о взыскании задолженности, вытекающий из договора (в частности, в отношении аренды);

5) переквалификация требования о признании сделки недействительной в требование о признании договора незаключенным;

6) переквалификация основания оспаривания сделки в порядке, предусмотренном законодательством о несостоятельности (банкротстве).

Таким образом, если суд, располагая в одной из описанных ситуаций правом переквалифицировать заявленные требования и соответственно удовлетворить иск, отказывает в иске со ссылкой на ненадлежащий способ защиты права, то для целей последующего альтернативного иска давность периода рассмотрения первоначального спора не должна течь.

Применение ст. 204 ГК РФ вне типизированных судебной практикой ситуаций представляется необоснованным с точки зрения обозначенных целей исковой давности.

Упущения в фактическом составе первоначально заявленных требований. Отдельным образом в контексте применения ст. 204 ГК РФ следует отметить ситуации повторного обращения в суд после наступления отлагательного условия, если ранее в удовлетворении исковых требований было отказано по мотиву ненаступления такого условия. Отказ в иске в данной ситуации не препятствует повторному обращению в суд после наступления соответствующего условия, поскольку последующий иск будет иметь иное основание и в этом смысле нетождествен первоначальному.

Наиболее показательны в этом плане споры, возникающие из договора подряда, поскольку для требований, предъявляемых в связи с ненадлежащим качеством работы, установлен сокращенный годичный срок исковой давности (п. 1 ст. 725 ГК РФ).

Так, в одном из дел заказчику было отказано в удовлетворении иска подрядчику об устранении недостатков при выполнении работ по строительству скейт-велопарка, поскольку заказчик не предоставил проектную документацию для устранения дефектов. Выполнив это условие, заказчик вновь обратился в суд с аналогичными требованиями. При исчислении срока исковой давности для целей повторного спора суд со ссылкой на ст. 204 ГК РФ исключил из него период рассмотрения первоначального спора.

Аналогичным образом срок исковой давности был рассчитан в следующей ситуации. Заказчик, обнаружив в пределах гарантийного срока неисправности в работе установленной подрядчиком пожарной сигнализации, предъявил к подрядчику иск о возмещении убытков, однако в удовлетворении заявленных требований было отказано со ссылкой на несоблюдение заказчиком процедуры, установленной ст. 723 ГК РФ (непредъявление требования об устранении недостатков в разумный срок). При рассмотрении судом повторного иска заказчика исковая давность определялась исходя из нетечения такого срока во время разбирательства по первому иску.

Не менее актуален вопрос применения ст. 204 ГК РФ в практике рассмотрения споров, вытекающих из договоров имущественного страхования, для которых также установлен сокращенный срок исковой давности – 2 года (п. 1 ст. 966 ГК РФ).

В этой связи примечателен следующий казус. В связи с наступлением страхового случая – повреждения имущества, переданного в лизинг, – лизингополучатель предъявил к страховщику иск о взыскании суммы страхового возмещения. В удовлетворении заявленных требований было отказано, поскольку истец, не будучи на момент рассмотрения спора собственником застрахованного имущества, не являлся соответственно выгодоприобретателем по договору страхования. Осуществив все лизинговые платежи и тем самым став собственников имущества, лизингополучатель вновь заявил иск к страховщику. Суд кассационной инстанции пришёл к выводу о том, что для целей повторного иска срок исковой давности не тек в период рассмотрения первого судебного спора, мотивировав такой вывод следующим образом:

«С учетом того, что право на судебную защиту в части требования недоплаченной разницы страхового возмещения лизингодателем реализовано не было, то подобная позиция суда породила у истца разумные ожидания по поводу сохранения возможности реализации судебной защиты после наступления определенных обстоятельств. По этим причинам такая защита правомерно была предоставлена истцу судом в настоящем деле. <…>

Суд кассационной инстанции полагает, что истец не может быть поставлен в худшее положение, чем субъект оборота, чье исковое заявление оставлено судом без рассмотрения либо производство по нему прекращено, поэтому обращение истца с иском в суд по делу № А45-11536/2014 должно учитываться при исчислении срока исковой давности.

Таким образом, с учетом увеличения продолжительности срока исковой давности в связи с тем, что истец обращался в суд с аналогичным по предмету иском, в котором было отказано по формальным основаниям, заключающимся в ненаступлении определенных обстоятельств, позволяющих истцу притязать на спорную сумму денежных средств, следует прийти к выводу о том, что, обратившись с настоящим иском 17.03.2016, истец такой срок не пропустил»

Представляется, что представленный в судебной практике подход не согласуется с положениями гл. 12 ГК РФ. Строго говоря, распространение на эту группу ситуаций вызывает определённую сложность. Если до наступления отлагательного условия соответствующее субъективное право ещё не возникло, то первоначальный иск не мог быть направлен на его защиту. В этой связи отсутствует необходимость в применении ст. 204 ГК РФ.

Факультативность последовательно предъявляемых исков

К проблеме избрания надлежащих средств защиты тесно примыкают повторного обращения в суд, если первоначальный иск также являлся надлежащим средством защиты, но не привел к фактической защите нарушенного права.

Примечателен следующий пример. Продавец в судебном порядке добился взыскания с покупателя задолженности по договору купли-продажи, однако исполнения решения суда достичь не удалось. В связи с этим продавец, сохранивший за собой право собственности на переданное покупателю имущество применительно к ст. 491 ГК РФ, предъявил иск об обязании покупателя возвратить указанное имущество – картофелеуборочный комбайн. Суд пришёл к выводу, что для целей рассмотрения второго спора исковая давность не текла с момента предъявления в суд первого иска до возвращения продавцу исполнительного листа в связи с отсутствием у должника имущества, на которое можно обратить взыскание.

Особый интерес представляет практика, сформированная АС Восточно-Сибирского округа в отношении понуждения государственных органов к заключению государственных контрактов по итогам торгов.

В связи с тем, что государственный орган не исполнил судебное решение о заключении государственного контракта с индивидуальным предпринимателем, оспорившим результаты проведённых торгов, предприниматель предъявил иск о взыскании убытков. При рассмотрении указанного спора суды пришли к выводу, что исковая давность начала течь со дня, когда «истек срок на заключение государственного контракта по результатам аукциона, когда истцу достоверно стало известно о нарушении его права, равно как и о том, что таким нарушителем является ответчик». Между тем срок исковой давности в отношении иска о взыскании убытков не тек с момента обращения в суд с первым иском и до момента прекращения исполнительного производства. Суд кассационной инстанции заключил:

«…принимая во внимание тот факт, что предприниматель не мог предположить неисполнимость принятого в его пользу решения об обязании министерства заключить госконтракты, суды верно исключили период с 18.03.2010 по 12.05.2015 из срока исковой давности»

В приведённых ситуациях критерием применения ст. 204 ГК РФ можно считать факультативность заявленных требований. Иными словами, речь идёт о защите одного и того же субъективного права истца, но путем изменения способа исполнения корреспондирующей этому праву обязанности ответчика.

Предложенная формула так же абстрактна, как и случай альтернативности исков. При этом такая неопределённость не компенсирована типизацией случаев факультативности. С учётом изложенного применение этого критерия требует осторожного к себе отношения.

Сочетание взаимодополняющих способов защиты права

Наконец, ещё одним критерием применения ст. 204 ГК РФ к ряду последовательных судебных разбирательств, выработанным практикой, является сочетание нескольких взаимодополняющих способов защиты нарушенного права в целях обеспечения одного и того же интереса (двухступенчатая защита одного и того же интереса).

Этот подход конкретизирован Судебной коллегией по экономическим спорам ВС РФ следующим образом: срок исковой давности по требованию о возмещении вреда, причинённого принятием государственными органами не соответствующих закону ненормативных правовых актов, решений и совершением незаконных действий (бездействия), не течёт в период рассмотрения судом спора о законности соответствующих актов, решений, действий (бездействия).

Указанная позиция позже нашла отражение в квартальном Обзоре судебной практики, учреждаемом Президиумом ВС РФ.

Подход высшей судебной инстанции основан на следующих соображениях:

«…в том случае, когда защита нарушенных прав потребовала использования со стороны заинтересованного лица сочетания нескольких способов защиты своего субъективного гражданского права (оспаривание правоприменительного акта и предъявление требования о возмещении вреда по основанию незаконности такого акта), это не может не учитываться при исчислении исковой давности.

Такая функция института исковой давности, как защита ответчика, в полной мере выполняется в случае рассмотрения в суде спора о законности ненормативного правового акта, решения, действий (бездействия) публично-правового образования, имея в виду, что уже в рамках рассмотрения этого спора публично-правовому образованию становится известно о нарушении им прав и законных интересов субъекта предпринимательской или иной экономической деятельности, ответчик не испытывает иллюзии от того, что конфликт исчерпан. В то время как противоположный подход к исчислению срока исковой давности в рассматриваемой ситуации, поддержанный судами, по существу означал бы извлечение публично-правовым образованием, как причинителем вреда, преимущества из своего незаконного поведения вопреки пункту 4 статьи 1 Гражданского кодекса.

Принимая во внимание изложенное, применительно к пункту 1 статьи 204 Гражданского кодекса срок исковой давности по требованию о возмещении вреда, причиненного принятием государственными органами не соответствующих закону ненормативных правовых актов, решений, и совершением незаконных действий (бездействия), не течет в период рассмотрения арбитражным судом спора о законности соответствующих актов, решений, действий (бездействия)».

Если иметь в виду прежде всего специфику субъективного состава правоотношений, то предложенный подход согласуется с возобладавшей в гражданском праве позицией, в силу которой «ошибки или просчёты государственных органов должны служить выгоде заинтересованных лиц, особенно при отсутствии иных конфликтующих интересов; риск любой ошибки, допущенной государственным органом, должно нести государство, и ошибки не должны устраняться за счёт заинтересованного лица».

Возобновление ранее прекращённого производства по делу

Самостоятельный блок случаев, подпадающих под действие п. 1 ст. 204 ГК РФ, образуют ситуации, связанные с возобновлением ранее прекращённого производства по делу. Строго говоря, эти ситуации нельзя определить как последовательное предъявление тождественных исков, поскольку речь идёт о рассмотрении одного и того же иска, а не о нескольких процессуально идентичных исках.

Наиболее показательный пример применения п. 1 ст. 204 ГК РФ в заданных обстоятельствах – это возобновление производства по делу в связи с отменой определения суда о прекращении такого производства по новым или вновь открывшимися обстоятельствам. Так, в одном из споров суд кассационной инстанции со ссылкой на ст. 204 ГК РФ высказал следующую позицию:

«Поскольку на момент подачи заявления о пропуске срока исковой давности судебный акт по данному делу не принят, в связи с отменой определения суда от 16.11.2017 о прекращении производства по делу по новым обстоятельствам, дело повторно рассматривается тем же арбитражным судом, что не требует повторного обращения истца с иском в арбитражный суд, доводы ответчика о пропуске срока исковой давности являются необоснованными»

Интересным образом положение п. 1 ст. 204 ГК РФ преломляется в случае возобновления производства по делу о банкротстве, прекращённого ранее в связи с утверждением мирового соглашения. Как известно, утверждение судом мирового соглашения влечёт прекращение производства по делу о банкротстве должника (ст. 159 Закона о банкротстве). Однако в случае отмены определения суда об утверждении мирового соглашения или при расторжении такого соглашения производство по делу о банкротстве возобновляется в той процедуре, которая велась на момент заключения мирового соглашения (ст. 163. 166 Закона о банкротстве). В этом контексте примечательна судьба обособленных споров, производство по которым ранее было прекращено. В одном из дел окружной кассационный суд высказался следующим образом:

«…права кредиторов должника ретроактивно восстанавливаются в том объеме, который существовал на дату утверждения мирового соглашения, за исключением их правомерно погашенной в соответствии с условиями мирового соглашения части. <…>

Приняв к производству заявление общества «Алтайский Химпром» определением от 20.08.2015, суд прямо указал на то, что оно будет рассмотрено в процедуре, следующей за процедурой наблюдения, породив тем самым у общества «Алтайский Химпром» правомерные разумные ожидания последующего самостоятельного возвращения суда к рассмотрению его требования без каких-либо дополнительных волеизъявлений со стороны кредитора.

В связи с этим производство по заявлению общества «Алтайский Химпром», поданному 17.08.2015 в пределах срока исковой давности, подлежало возобновлению вместе с возобновлением производства по всему делу о банкротстве должника, само же требование подлежало рассмотрению после открытия конкурсного производства. Предъявление кредитором аналогичного требования второй раз для целей исчисления исковой давности значения не имеет»

Этот же подход применяется и в отношении обособленных споров в связи с оспариванием сделок должника. Так, арбитражный управляющий в рамках дела о банкротстве должника обратился в суд с заявлением об оспаривании сделки, однако производство по обособленному спору было прекращено в связи с утверждением судом мирового соглашения и прекращением производства по делу о банкротстве. Впоследствии определение суда о прекращении дела о банкротстве было отменено по новым обстоятельствам, а рассмотрение обособленного спора по оспариванию сделки возобновлено. Исчисляя срок исковой давности по данному требованию, суды пришли к следующим выводам:

«Производство по заявлению о признании договоров раздела имущества недействительными (ничтожными) было прекращено в связи с утверждением судом мирового соглашения и прекращением производства по делу о банкротстве в порядке, предусмотренном в части 2 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Дреманов Н.А. обратился в суд до утверждения мирового соглашения и прекращения в связи с этим производства по делу о банкротстве должника в пределах срока исковой давности, а не подавал в суд заявление об оспаривании сделок повторно после отмены по новым обстоятельствам определения о прекращении производства по его заявлению.

Обращение в арбитражный суд конкурсного кредитора Овчинникова С.Н. с заявлением об отмене определения о прекращении производства по заявлению об оспаривании сделок по новым обстоятельствам не влияет на исчисление срока исковой давности по настоящему обособленному спору»

Таким образом, если производство по ранее прекращённому делу возобновляется, то исковая давность для целей рассмотрения соответствующего требования считается нетекшей с момента прекращения такого производства до момента его возобновления.

Трудность распространения п. 1 ст. 204 ГК РФ заключается в том, что период между прекращением производства по делу и его возобновлением сложно охарактеризовать как «время осуществления судебной защиты нарушенного права».

С.В. Сарбаш совершенно справедливо отмечает, что «[и]з самой концепции исковой давности как срока на защиту права вытекает, что ее применение не вполне логично в ситуации, когда в силу тех или иных объективных причин судебная защита права была просто юридически невозможна»[57], однако перечень оснований приостановления исковой давности не охватывает обстоятельство.

Очевидно, что расширительное истолкование ст. 204 ГК РФ в обозначенном случае – это проявление учёта фактора объективной невозможности судебной защиты своего права.

Заключение

В судебной практике выработано несколько критериев применения п. 1 ст. 204 ГК РФ при рассмотрении ряда последовательных судебных споров, направленных на разрешение одного и того же юридического конфликта.

В первую очередь определение сферы применения ст. 204 ГК РФ осуществляется судами через критерий внешнего тождества исков (совпадение исков по субъектному составу, предмету и основанию). Для целей рассмотрения повторного иска срок не течёт в период судебного разбирательства по ранее предъявленному тождественному иску, которое завершилось без вынесения решения по существу. Такой подход согласуется как с буквальным смыслом анализируемой нормы, так и с целями исковой давности. Управомоченное лицо, инициируя судебное разбирательство и воплощая тем самым предопределяемую целями исковой давности поведенческую модель, явным образом демонстрирует, что юридический конфликт между сторонами не исчерпан. Тождество исков не позволяет ответчику сомневаться в том, что истец утратил какой-либо интерес к защите своего субъективного права.

Наряду с этим ст. 204 ГК РФ применяется в случаях повторного обращения в суд при отказе в удовлетворении первого иска в связи избранием неправильного способа защиты. Такие иски можно именовать альтернативными, поскольку они основаны на взаимоисключающей правовой квалификации одних и тех же фактических обстоятельств дела (основания иска). Представляется, что применение ст. 204 ГК РФ к ситуации последовательного предъявления альтернативных исков следует допускать только при условии, что при рассмотрении первоначального иска суд, отказавший в его удовлетворении со ссылкой на ненадлежащий способ защиты права, располагал возможностью переквалификации заявленных требований. Такие иски должны быть тождественными с точки зрения их фактической индивидуализации. Надо полагать, что требуемая для ответчика ясность может наступить только в тех ситуациях, когда возможность переквалификации правоотношений типизирована в судебной практике.

Ещё одним критерием применения ст. 204 ГК РФ является факультативность заявленных требований. Речь идёт о защите одного и того же субъективного права истца, но путем изменения способа исполнения корреспондирующей этому праву обязанности ответчика. Предложенная формула, как и случай альтернативности исков, абстрактна, при этом такая неопределённость не компенсирована типизацией случаев факультативности. В этой связи применение такого критерия требует осторожного к себе отношения.

Наконец, критерием применения ст. 204 ГК РФ к ряду последовательных судебных разбирательств, выработанным практикой, является сочетание нескольких взаимодополняющих способов защиты нарушенного права в целях обеспечения одного и того же интереса (двухступенчатая защита одного и того же интереса). Этот критерий проявляется в том, что срок исковой давности по требованию о возмещении вреда, причинённого принятием государственными органами не соответствующих закону ненормативных правовых актов, решений и совершением незаконных действий (бездействия), не течёт в период рассмотрения судом спора о законности соответствующих актов, решений, действий (бездействия). Применение этого критерия, надо полагать, обусловлено спецификой субъективного состава правоотношений.

Что касается ситуации применения ст. 204 ГК РФ при возобновлении ранее прекращённого производства по делу, то её нельзя определить как последовательное предъявление тождественных исков, поскольку речь идёт о рассмотрении одного и того же иска, а не о нескольких процессуально идентичных исках. Расширительное истолкование ст. 204 ГК РФ в обозначенном случае – это проявление учёта фактора объективной невозможности судебной защиты своего права.

Как видно, критерии, которыми руководствуются суды в заданной ситуации, зачастую трудноуловимы. Они требуют конкретизации и должной строгости. Решение этих весьма насущных вопросов ещё ждёт своего исследователя.