Переговоры – способ приостановить исковую давность?
В ходе реформы гражданского законодательства отечественный законодатель не воспринял предложение разработчиков Концепции включить переговоры в перечень оснований, приостанавливающих исковую давность. Между тем положение о влиянии переговоров на течение срока исковой давности имеет свою «историю» и даже получило широкое распространение в европейских правопорядках. Однако в российских публикациях к нему обращаются крайне редко, законодатель и правоприменитель не обсуждают влияние данного обстоятельства на исковую давность. Задача настоящей статьи –восполнить пробел и обратить внимание на отдельные аспекты проблемы. Автор последовательно отвечает на следующие вопросы.
Как положение о переговорах применительно к давности регулируется за рубежом? В каких странах и в какой форме оно реализовано: в законодательстве или на практике? Что вообще следует понимать под «переговорами»? С какого момента они считаются начатыми или оконченными? Каковы политико-правовые цели регулирования влияния переговоров на исковую давность? В чём плюсы и минусы такой нормы?
Зарубежный опыт: о правомерности разумного ожидания кредитора
Англия
В одном деле английский суд в порядке obiter dictum указал на непринятие ссылки ответчиков на пропуск срока исковой давности, поскольку они позволили истечь шестимесячному сроку в то время, пока шли переговоры (Rendall v Hill’s Dry Docks and Engineering Co [1900]).
В нескольких спорах по торговым морским перевозкам отмечалось, что суд вправе по своему усмотрению продлить срок, если убедится, что стороны начали переговоры до наступления исковой давности, истекшей в ходе переговоров, по завершении которых сторона без промедления инициировала разбирательство (Asianic International Panama SA and Transocean Transport Corporation v Transocean Ro-Ro Corporation, The Seaspeed America [1990]; The Sauria and the Trent [1957]) (в последнем деле в порядке dicta. – Ред.).
Вместе с тем описанные случаи не иллюстрируют общий подход английского права к влиянию переговоров на исковую давность, скорее показывают исключения из него. Переговоры могут иметь значение только в контексте правовых средств справедливости (law of equity).
По общему правилу начало переговоров и даже их продолжение в момент завершения срока не препятствует ответчику в будущем защищаться по давности. Правовая комиссия Англии и Уэльса (UK Law Reform Committee/UK Law Commission) неоднократно выражала мнение, что одного только факта истечения срока во время переговоров недостаточно для отклонения возражения ответчика о пропуске давности (The Law Reform Committee Twenty-First Report (Final Report on Limitation of Actions) (Cmnd. 6923) (1977) (para 2.55).
Последняя программа реформы исковой давности (2001) сохранила традиционный подход. Срок исковой давности, как отметила Комиссия, должен быть достаточно продолжительным, чтобы истец смог выявить и изучить основание иска, получить юридическую консультацию и попытаться в ходе внесудебных переговоров урегулировать спор с ответчиком. При этом стороны при стремлении мирно разрешить спор вне суда могут продлить своим соглашением исковую давность.
На эту деталь указывают и другие исследователи. Так, например, в комментарии к ст. 7:103 Принципов европейского страхового договорного права (Principles of European Insurance Contract Law, PEICL) подчёркивается, что «в Англии исковая давность продолжает своё течение, несмотря на переговоры сторон… Обычной практикой в Англии является заключение сторонами соглашения о приостановлении срока (‘standstill’ agreement), если переговоры начаты незадолго до истечения исковой давности и обстоятельства не предоставляют другой защиты».
При этом кредитору для действительности соглашения о приостановлении срока (‘standstill’ agreement) придётся заплатить должнику (consideration) за отказ от использования возражения об исковой давности, истекающей в период переговоров (waiver for the limitation period).
Подобная оценка факта переговоров связана с тем, что по английскому праву исковая давность носит процессуальный характер, поэтому течение срока можно остановить только подачей иска.
Европейские акты унификации частного права
Евросоюз с 2000 года стал всерьез задумываться над регулированием альтернативных способов разрешения споров.
В 2002 году после широких публичных консультаций и обсуждений был опубликован предварительный план развития данных процедур. Достоинство этих процедур в том, что
благодаря нейтральному, независимому и специально обученному посреднику оппоненты могут достичь разрешения диспута в соответствии со своими интересами. При этом миссия медиатора не столько в урегулировании спора, сколько в содействии и облегчении переговоров. Независимый посредник помогает сторонам наладить диалог и прийти к долговременному и сбалансированному соглашению.
В 2004 году Еврокомиссия на пути к директиве одобрила Предложение о популяризации медиативной процедуры в гражданских и коммерческих спорах (IP/04/1288). Рост числа случаев использования медиации объяснялся преимуществом этого механизма. Будучи более быстрым, простым и менее затратным способом разрешения споров, он позволяет принять во внимание широкий круг интересов, с большими шансами достигнуть соглашения, которое не только будет уважаться добровольно, но и сохранит миролюбивые и надёжные отношения сторон.
Планируемая директива в целях доступа к правосудию должна была учесть два момента. Во-первых, гарантировать разумную связь между медиацией и судебным разбирательством, установив минимум общих правил в Сообществе по ряду ключевых аспектов гражданского процесса, таких как приостановление сроков исковой давности, конфиденциальность, и принудительное исполнение соглашений об урегулировании спора по итогам медиации.
Во-вторых, снабдить суды государств-членов ЕС инструментами активного содействия в использовании медиации, без того, однако, чтобы сделать эту процедуру обязательной, и не вводя каких-либо санкций за необращение к ней.
Следует отметить, что приостановление исковой давности актуально для внесудебной медиативной процедуры. Судебная медиация не влияет на срок, поскольку подачей иска давность и так приостанавливается.
В 2008 году была принята Директива о медиации в гражданских и коммерческих делах. В ней отражена идея – если спор медиацией не урегулирован, правовое положение сторон от этого не может ухудшаться. Медиативная процедура, пусть и не помирившая оппонентов, не должна сокращать срок исковой давности стороне, впоследствии решившей обратиться в суд или арбитраж для окончательного разрешения спора (п. 16, 24 преамбулы, ст. 8 Директивы).
Эта общая идея в несколько обновлённом виде нашла отражение в Принципах европейского договорного права (Principles of European Contract Law, PECL), в которых закреплено буквально следующее: если стороны ведут переговоры относительно права требования или обстоятельств, которые могли быть основанием для его возникновения, срок давности права требования не истекает ранее одного года с момента последнего заявления, сделанного в ходе переговоров (ст. 14:304).
Данное положение почти без изменений было перенесено в Модельные правила европейского частного права (Draft Common Frame of reference (DCFR), претерпев лишь небольшие редакционные изменения (см. ст. III.–7:304).
Воспроизводят названный постулат и отраслевые проекты общего европейского права. Так, по Принципам европейского страхового договорного права переговоры о требованиях из договора страхования (ст. 7:103) отсрочивают исковую давность .
Вполне следуя традиции PECL и DCFR в названном отношении Проект общеевропейского права купли-продажи (Common European Sales Law, CESL), уточняет, что «переговоры заканчиваются и исковая давность продолжается с момента последней коммуникации или отказа стороны от продолжения переговоров» (ст. 182).
Таким образом, законодательство и европейские негосударственные своды частного права в целях стимулирования внесудебного разрешения споров, сначала для формализованной процедуры – медиации, а потом и для обычных переговоров (без участия посредника), предусмотрели отсрочку исковой давности.
Франция
Французский законодатель также поощряет разрешение споров без обращения в суд для снижения нагрузки на юрисдикционные органы.
Изначально проект поправок в Code Civile (т.н. Avant-projet) об исковой давности считал переговоры достаточным основанием для приостановления срока. Проектируемая норма, вероятно, появилась под влиянием PECL.
Правда, Avant-projet уточнял подход. Исковую давность предполагалось приостанавливать лишь в случае добросовестно ведущихся переговоров («Elle ne court pas ou est suspendue, tant que les parties négocient de bonne foi») (ст. 2264 Avant-projet).
В качестве компромисса назывался вариант, когда на исковой давности отражаются переговоры, не завершённые за несколько месяцев до завершения срока (что сродни «невозможности действовать» (форс-мажору).
В итоге Законодательный комитет Сената в интересах правовой определённости отверг концепцию «добросовестных переговоров» и поддержал формализованные процедуры, подверженные меньшим колебаниям. Другой мотив такого решения – по обновлённым правилам исковой давности стороны вправе дополнять основания приостановления срока, предусмотренные законом (т.к. они диспозитивные), а следовательно, смогут там, где это требуется, согласовать приостановление искового срока «обычными» переговорами. Кстати, неопределённость термина «добросовестные переговоры» – одна из причин невключения переговоров в перечень оснований приостановления исковой давности в Принципы международных коммерческих договоров (the UNIDROIT Principles of International Commercial Contracts, PICC) и Кодекс европейского договорного права (European Contract Code, ECC).
Согласно ст. 2238 пореформенного ГК Франции, если стороны после возникновения спора согласились на участие в медиативной или примирительной процедуре, исковая давность приостанавливается со дня заключения соглашения об участии в соответствующей процедуре, а при отсутствии письменного соглашения – с первого собрания (la première réunion) в рамках проведения такой процедуры. После прекращения медиативной или примирительной процедуры по заявлению любой из сторон, медиатора или примирителя исковая давность продолжается. При этом течение срока давности в этом случае возобновляется не сразу, а только по прошествии не менее чем шести месяцев.
Таким образом, французский законодатель решил ограничить приостановление исковой давности случаями, когда переговоры проводятся в предусмотренных законом формах примирительных процедур. А это обязательно включает участие третьей стороны.
Переписка или устные переговоры сторон по французскому праву к приостановке давности не приводят. Сторонам, стремящимся мирно разрешить спор, чтобы не опасаться пропуска давностного срока, нужно задействовать медиативную или примирительную процедуру (ст. 127 и сл. ГПК Франции) либо заключить в письменной форме соглашение о подготовке к примирению (la convention de procédure participative) (ст. 2062 и сл. ГК Франции).
Так называемое подготовительное процессуальное соглашение – достаточно новый инструмент (включен в ГК Франции с 22.12.2010, введен в действие с 20.01.2012). Это соглашение, по которому стороны обязуются, действуя добросовестно, попытаться урегулировать спор на взаимоприемлемых условиях. Помимо соблюдения письменной формы такое соглашение, под страхом ничтожности, должно включать такие обязательные реквизиты, как срок действия, предмет спора, документы и сведения, необходимые для внесудебного и судебного урегулирования спора, а также сроки обмена документами. Конечная цель соглашения – урегулировать спор полностью или частично и зафиксировать условия исполнения письменно. Стороны вправе передать соглашение об урегулировании спора на утверждение суда, хотя это и не обязательно и не лишает его юридической силы.
Добровольная подготовительная примирительная процедура безусловно полезна, даже тогда, когда в итоге не «снимает» конфликт. Раскрытие позиций другу друга, обмен мнениями, оценкой фактов, документам так или иначе сужают спор, ускоряя его будущее разрешение.
Другие преимущества процедуры – предсказуемость (снижение риска судебного разбирательства, сохранение сторонами контроля за решениями), правовая определённость (в течение всей процедуры каждую сторону обязательно представляют адвокаты), экономия времени и ресурсов (проведение переговоров планируется заранее по удобному сторонам графику, расходы распределяются поровну или иным образом, отвечающим интересам всех лиц), конфиденциальность (процедура приватна и конфиденциальна, стороны не могут разглашать сведений и данных о документах, ставших им известными в ходе переговоров).
Подготовительная процедура подходит для разрешения большинства видов споров, которые ещё не переданы в суд. Однако споры, касающиеся так называемых неотчуждаемых прав физического лица (происхождение, передача родительских прав и т.д.), за исключением разводов и раздельного жительства супругов, выведены из-под действия этой процедуры.
По общему правилу, в период действия соглашения о подготовительной процедуре (la convention de procédure participative) подача любого иска неприемлема. Однако при полном или частичном неисполнении соглашения одной из сторон другая – вправе обратиться в суд. Кроме этого, в случаях, не терпящих отлагательства, соглашение не запрещает сторонам просить суд принять предварительные обеспечительные меры. Любопытен ещё один момент французского опыта регулирования затронутого вопроса. Судебная практика, соблюдая паритет, не рассматривает переговоры о мирном урегулировании правового конфликта, включая предложение должника кредитору начать переговоры в качестве обстоятельства, прерывающего исковую давность.
Германия
В первоначальной редакции ГГУ (1896) норма о приостановлении давностного срока на время переговоров сторон отсутствовала.
В последующем в законе имелось несколько норм, приостанавливающих исковую давность на время переговоров в отдельных случаях (по требованию о возмещении вреда, причинённого деликтом (§852 (2) BGB) и др.). Эти нормы суды применяли по аналогии к некоторым договорным убыткам. Проекты по реформированию института исковой давности предлагали сделать норму общим правилом. В итоге в ходе реформы обязательственного права в 2001 году отдельные правила решили обобщить и ввести общую норму.
Согласно §203 ГГУ в случае переговоров между должником и кредитором в отношении требования или обстоятельств его возникновения течение срока исковой давности приостанавливается до тех пор, пока одна или другая сторона не откажется от продолжения переговоров. Срок исковой давности не может истечь ранее трех месяцев после окончания приостановления.
Это пример реализации общего принципа добросовестности. Должник, согласившийся на переговоры и тем самым «удержавший» кредитора от подачи иска в суд, не может впоследствии задействовать возражение о давности, если срок истёк во время переговоров. Идея немецкого законодателя – в предоставлении кредитору возможности начать переговоры вместо подачи иска в суд только для того, чтобы избежать пропуска срока исковой давности. Подобная норма позволяет во множестве случаев избежать обращения заинтересованных лиц в суд только для того, чтобы избежать негативных последствий истечения срока давности.
Большинство норм германского права об исковой давности и приостановлении срока диспозитивны. Однако положение об отсрочке давности при переговорах нельзя исключить соглашением сторон. Лицо, участвовавшее в переговорах и тем самым, возможно, препятствовавшее судебному разбирательству, впоследствии не может полагаться на защиту по давности в этот период. Соглашением нельзя изменить правовое последствие непоследовательного поведения. Принцип справедливости, выступающий основой §203 ГГУ, запрещает исключать эффект приостановления исковой давности на время переговоров.
Благодаря меньшему эффекту увеличения давности основания приостановления не следует толковать столь ограничительно, как основания перерыва срока.
Понятие «переговоров» (Verhandlungen), начиная с практики применения §852 (2) ГГУ и до сих пор, толкуется широко. Для приостановления давности кредитору достаточно сообщить должнику о своём требовании и его основных фактических основаниях, а также дальнейшего серьёзного обмена мнениями. Что касается должника, от него требуется прямо выраженное или подразумеваемое согласие обсуждать по существу факт наличия требования кредитора или его размер. Последовательность коммуникации не имеет значения, хотя обычно инициирует переговоры кредитор. При этом коммуникация обязательно должна быть двусторонней. Обмен мнениями учитывается как письменный, так и устный, и не только прямо выраженный, но и подразумеваемый.
Исковая давность приостановится, когда кредитор сам или через представителя информирует о недостатках работ, и должник согласится проверить их качество. В данном случае о вступлении должника в переговоры свидетельствует совершение им соответствующих фактических действий. Или когда должник, хотя и отклоняет требования кредитора, так как возражения о недостатках сформулированы слишком абстрактно, но даёт понять, что готов проверить товар, если кредитор конкретизирует дефекты. Наличие переговоров может подтверждать уведомление кредитора должником о перенаправлении запроса своему страховщику.
Простая претензия об удовлетворении требования, предложение обсудить спорные требования не будут считаться переговорами, если оставлены без ответа. Однако некоторые учёные считают достаточным предложение одной стороны другой провести переговоры или принять участие в медиативной процедуре, если стороны по ранее заключённому договору приняли на себя обязательства перед обращением в суд принять меры для внесудебного урегулирования спора.
Если должник немедленно и безоговорочно отклоняет заявленные кредитором требования, переговоры не считаются состоявшимися и исковая давность не приостанавливается. Ответ должника на запрос кредитора без окончательного отклонения требования, пусть и содержащий фразу об отказе от участия в переговорах, ничего не меняет, переговоры считаются начатыми.
Приостановление давности заканчивается, когда одна сторона отчётливо даёт понять другой, что отказывается от продолжения переговоров. Переговоры также завершаются, если кредитор даёт им «уснуть» (Einschlafenlassen), в частности, оставляя предложения должника без ответа. В этом случае приостановление срока давности заканчивается в момент, когда должник мог разумно предполагать получение ответа от кредитора.
Бремя доказывания обстоятельств, связанных с переговорами, распределяется следующим образом. Обязанность подтвердить наличие переговоров возлагается на кредитора, однако он не должен доказывать, что переговоры имели шанс на мирное урегулирование спора. Должник, со своей стороны, желающий воспользоваться выгодами от исковой давности, должен доказать, что переговоры окончены, а также указать на время их завершения. Доказывание возможно любыми законными средствами.
Положения §203 ГГУ применяются к любым притязаниям (договорным, деликтным), причём давность приостанавливается не только по точно определённым и заявленным кредитором притязаниям, но и по всем требованиям, основанным на фактах, обсуждавшихся в ходе переговоров.
Таким образом, отличительная черта германского права – в необязательности участия сторон в формализованных внесудебных механизмах урегулирования спора и подписания письменного соглашения о вступлении в переговоры, их предмете. Исковая давность приостановится при переговорах без содействия посредника (медиатора), причём не только при письменных, но и при устных.
Швейцария
Швейцарское право прежде не регулировало вопрос о судьбе исковой давности в период переговоров. Однако практика признала доказанное согласие должника на вступление в переговоры с кредитором временным отказом от возражения по давности.
Если кредитор незамедлительно по окончании неудавшихся переговоров предъявлял иск, суды на основании ст. 2 (2) ГК Швейцарии квалифицировали заявление о пропуске давности злоупотреблением правом, отклоняя возражение должника (или считая срок не истекшим), и рассматривали требование.
Возражение признавалось неправомерным, если должник своим поведением задерживал кредитора от подачи иска в суд в течение срока давности. Доказывать вступление должника в переговоры лишь для пропуска кредитором срока давности было не нужно. Достаточно было подтвердить – должник порождал разумное ожидание, что не будет извлекать выгоду от течения срока давности в период переговоров. При этом суды не видели злоупотребления правом там, где давность истекла бы без вмешательства должника.
Отдельные авторы полагали ненужной ссылку на злоупотребление правом, когда переговоры начаты до завершения срока, ведь здравый смысл подсказывает, что исковую давность следует приостановить.
Если должник не признаёт право (требование), но тем не менее не отказывается от переговоров, приостановление давности позволяет избежать ненужных процессов, которые пришлось бы инициировать не для разрешения спора, а с единственной целью остановить исковую давность.
Федеральный суд Швейцарии в одном деле не принял возражение ответчика об утрате права истцом в связи с его длительным неиспользованием (Verwirkung) по причине нахождения сторон в переговорах на протяжении длительного времени.
С 2010 года в Швейцарии началась реформа исковой давности. В феврале 2011 года Институт сравнительного правоведения в Лозанне на подготовительном этапе представил заключение с анализом основных изменений национального регулирования исковой давности европейских государств (за основу были взяты материалы и результаты реформ Германии, Франции, Дании и проект Англии).
В отчёте института отмечались различные основания для приостановления исковой давности от страны к стране (частично из-за отличий в процессуальном праве). И указывалось, что обычные переговоры о мирном разрешении спора приведут к приостановке давности в Германии, Англии и Дании, в то время как во Франции для этого потребуется формализованная медиативная процедура (если только договором не предусмотрено, что исковая давность перестает течь с момента начала переговоров, т.к. законом разрешено соглашением сторон дополнять основания приостановления срока). Однако какому-либо критическому анализу иностранные «решения» не подвергались.
В ходе следующего продолжительного этапа по сбору и последующему опубликованию комментариев от заинтересованных лиц к предварительному отчёту для всеобщего сведения от проф. П. Пичонназа (Pascal Pichonnaz) поступило предложение дополнить перечень оснований, приостанавливающих исковую давность, внесудебными механизмами разрешения спора и переговорами сторон в случае их письменного соглашения .
29.11.2013 в Федеральное собрание (парламент) был внесен законопроект о реформе исковой давности. Потребовалось около пяти лет, чтобы обе палаты парламента согласовали устраивающий всех текст. На каком-то этапе возник проект, исключающий переговоры из перечня оснований приостановления давности (к счастью, во внимание в итоге он принят не был).
Только 15.06.2018 были приняты глобальные поправки к Швейцарскому обязательственному закону об исковой давности, которые обсуждались публично в общей сложности более десяти лет (введены в действие с 01.01.2020). Согласно ст. 134 (8) данного закона срок исковой давности не начинается или приостанавливается, если он начался во время переговоров об урегулировании спора, посреднической процедуры или других процедур внесудебного разрешения спора, если стороны договорились об этом в письменной форме.
Дания
Сравнительно недавно в Дании был принят новый закон об исковой давности.
Авторы проекта считали внеюрисдикционное урегулирование спора (наряду с судебной защитой права) одной из двух основных причин, приводящих к остановке давности. Из-за ограничений исковой давности кредиторы обязаны стремиться своевременно урегулировать спор путём подачи иска в суд либо во внесудебном порядке. Последний способ избавляет суд от необходимости изучения произошедших давно и оттого сомнительных фактов, экономя ресурсы общества.
Без обращения в суд или арбитраж остановить исковую давность помогают различные формы решения конфликта с участием независимого посредника (т.н. альтернативные способы разрешения споров).
Альтернативно спор разрешается и в суде, когда судья выступает в качестве примирителя или передаёт спор медиатору, а также вне суда на основании соглашения сторон. Медиация после подачи иска и судьба исковой давности в этом случае были урегулированы до реформы на уровне закона. А вот нормы о приостановлении исковой давности на время проведения внесудебных примирительных процедур не существовало.
На уровне доктрины, однако, полагали, что если должник, участвующий в урегулировании спора, породил у кредитора разумное ожидание неиспользования возражения об исковой давности в ходе переговоров, приостановление срока должно предполагаться, поскольку если переговоры не приведут к результату, кредитору требуется некоторый разумный срок на подачу иска.
При этом отмечалась важность решения вопроса с приостановкой исковой давности в примирительной процедуре без участия посредника (обычные переговоры). Ситуация внесудебного разрешения частноправового конфликта схожа с административной процедурой с участием государства (в которой исковая давность приостанавливалась и до реформы. – Ред.).
Основной мотив подобного решения – не нужно заставлять кредитора предъявлять иск, пока переговоры на закончены, если он этого не хочет и есть шансы на примирение, лишь во избежание пропуска срока давности. К тому же и без принятия специальной нормы весьма сомнительно считать давность завершённой во вред кредитору в период, когда шли переговоры. В этом случае справедливо видеть молчаливое согласие должника на продление исковой давности.
При этом для остановки давностного срока вести переговоры о точном размере требования не обязательно.
Осознавали разработчики и то, что иногда будет трудно определить момент завершения переговоров. В этой связи предлагалось ввести правило о том, что исковая давность не может истечь ранее одного года со дня окончания переговоров. Сообразно сделанным предложениям рекомендовалось поступать с бременем доказывания – кредитор должен доказать сам факт переговоров, а должник – их окончание, поскольку именно в интересах последнего чётко фиксировать указанный момент.
Вышеуказанные рекомендации были приняты законодателем. В итоге появилась норма §21 (5) Закона об исковой давности Дании, по которой, если до истечения срока исковой давности между должником и кредитором начаты переговоры о требовании, возможно при участии независимого посредника, срок истекает не ранее одного года с момента завершения переговоров .
Данная норма получила толкование Верховного суда Дании. В одном деле было установлено согласие должника на переговоры, несмотря на его отказ признавать долг. Суд указал, что должник действует без ущерба своим правам, поскольку использование подобных формулировок является обычной практикой для примирительных процедур. В другом деле истец, однако, не смог подтвердить наличие волеизъявления должника на вступление в переговоры до завершения срока, несмотря на объёмную переписку в течение шести лет, поскольку односторонние письменные обращения кредитора не порождают разумного ожидания о неиспользовании возражения.
Российское право: молчание законодателя и проблески судебной практики
Концепция развития гражданского законодательства, поддерживая тренд на расширение альтернативных методов разрешения спора, предлагала приостанавливать течение срока исковой давности в процессе указанных процедур. Объяснение довольно простое: обратное правило приведёт к неиспользованию примирительных механизмов и не будет способствовать их развитию. Наравне с процедурами при участии посредника назывались переговоры.
С возможными злоупотреблениями по искусственному продлению или сокращению исковой давности предлагалось бороться с установлением чётких границ приостановления срока с учётом определения начала и окончания процесса альтернативного разрешения спора (п. 7.6). Однако в итоговый текст ГК РФ с учётом изменений данное основание приостановления срока исковой давности не попало.
В современной российской литературе редко поднимается тема переговоров применительно к исковой давности. Авторы немногочисленных исключений скептически относятся к введению в российскую практику подобного основания для изменения нормального течения срока давности.
Так, в одной статье отмечается, что «ни хозяйственная, ни правоприменительная практика пока не готовы воспринимать переговоры столь серьёзным образом и допустить их соответствующее влияние на течение срока давности. Хотя не исключено, что повышение стандарта добросовестности в отношениях участников оборота постепенно приведёт к тому, что переговоры станут полноценным основанием приостановления давности». В другой в качестве недостатка указывается на проблематичность определения судом периода досудебных переговоров, и, как следствие, потенциально сложные споры сторон относительно дат начала и окончания переговоров, а также усложнение порядка рассмотрения заявления о пропуске давности, ведь для этого потребуется досконально изучить всю переписку и коммуникации сторон.
В российской судебной практике можно обнаружить отголоски идеи о неразумности и несправедливости истечения срока исковой давности в период проведения сторонами переговоров.
В обзоре судебной практики по незаключённым договорам (в разделе, посвящённом исковой давности по требованию о возврате переданного по незаключённому договору), приведён пример дела, в котором суд первой инстанции отказал потерпевшему в иске к необоснованно обогатившемуся лицу по мотиву пропуска срока исковой давности, так как истец обратился к ответчику с требованием о возврате денег, перечисленных в счёт будущего договора, который так и не был заключён, по истечении трех лет.
Отменяя решение и удовлетворяя иск, апелляционная инстанция указала буквально следующее:
«…истец доказал, что платеж был осуществлен в счёт будущего договора и что стороны продолжили переговоры после осуществления платежа. Такое поведение истца не противоречит требованиям к добросовестному и разумному поведению участников переговоров. Истец также документально подтвердил момент окончания переговоров. До окончания этих переговоров он как их участник мог разумно предполагать, что договор с высокой степенью вероятности будет заключен. Поэтому в данном случае истец должен был узнать о том, что обогащение ответчика стало неосновательным, и о своём праве предъявить соответствующее требование в момент окончания переговоров, когда стало очевидно, что цель платежа не будет достигнута».
Строго говоря, выше речь шла не о приостановлении, а о начале исковой давности (суд счёл, что истец не мог узнать о нарушении своего права ранее даты отказа ответчика от продолжения переговоров о заключении договора).
Кроме этого, пример касался вопроса о начале течения срока исковой давности по требованию о возврате неосновательного обогащения, полученного одной стороной от другой, в связи с незаключением договора или признанием его незаключённым. Однако представляется, что использованный подход близок к мысли о необходимости учитывать при рассмотрении заявления о пропуске срока исковой давности период времени, затраченный истцом на переговоры с ответчиком, до обращения в суд.
Особой ценностью в этом смысле обладает вывод о том, что «необращение в суд с иском в ходе переговоров сторон не противоречит требованиям к добросовестному и разумному поведению участников гражданского оборота».
Приведённое разъяснение применяется и в другом ключе. Так, в одном деле было отказано во взыскании начисленных на сумму предоплаты процентов за пользование чужими денежными средствами (ст. 395 ГК РФ) за период времени, когда стороны участвовали в переговорах по согласованию цены товара. Суд округа указал, что «…пользование ответчиком спорной суммой денежных средств без установленных законом и договором оснований началось в момент окончания переговоров, когда стало очевидно, что цель платежа не будет достигнута».
Можно вспомнить и другое дело, рассмотренное СКЭС ВС РФ, в котором (опосредованно) затрагивались вопросы влияния переговоров на исковую давность. Речь шла о виндикационном иске в отношении оборудования, смонтированного на одном заводе, куда оно было перемещено бывшим арендатором без уведомления собственника. После того как собственник узнал об изменении местонахождения оборудования, он написал письмо с требованием выдать оборудование. Владелец помещения возвращать оборудование отказался. Суды посчитали исковую давность пропущенной, с чем не согласился Верховный Суд. Он отметил, что вывод о пропуске срока неправомерен, поскольку указанное письмо не свидетельствует о том, что на момент его направления истец знал о нарушении своих прав. Данное письмо не содержит информации об отказе в доступе к собственности истца, напротив, в нём указано на возможность демонтажа оборудования при условии представления правоустанавливающих документов со стороны истца. Ответчик своих прав на имущество не заявлял, в ответах на претензию соглашался с тем, что оборудование ему не принадлежит и он должен его вернуть, обусловливая возврат необходимостью представления документов, подтверждающих права истца. При этом ответчик сохранял у истца разумные ожидания того, что имущество будет возвращено, и не противопоставлял своё владение праву собственности истца.
Аргументы в пользу целесообразности учёта переговоров
Если посмотреть повнимательнее, приостановление исковой давности требуется не только тогда, когда кредитор временно не может осуществить или защитить своё право (требование), но и тогда, когда этого неразумно от него ожидать.
Отсрочка истечения срока в случае переговоров сторон дополняет такое основание приостановления исковой давности, как обращение в суд или иной компетентный правоприменительный юрисдикционный орган (ст. 204 ГК РФ).
Зарубежный и отечественный законодатель в последнее время прилагают немало усилий, направленных на стимулирование и развитие внесудебных форм урегулирования споров.
Какой-то процент споров по итогам переговоров может оказаться урегулированным полностью или частично, причём на взаимовыгодных условиях.
Мирное урегулирование спора помогает сохранить деловые отношения на будущее, снижает издержки сторон, экономит время и сохраняет репутацию.
Внесудебное урегулирование споров снижает и нагрузку на суды. Либо стороны, по крайней мере, достигнут определённости в оценке некоторых фактических обстоятельств спорного требования.
Разумеется, имеет значение и стоимость судебного разбирательства. До тех пор, пока в России судебные расходы будут крайне низкими, стороны не будут заинтересованы в активном участии во внесудебных механизмах урегулирования спора, в том числе в проведении честных переговоров.
С точки зрения объяснения феномена исковой давности логично приостанавливать срок на время переговоров сторон о спорном требовании, поскольку в это время напряжённость правового конфликта снижается.
Течение исковой давности против кредитора на время переговоров неоправданно, так как его нельзя обвинить в бездействии. Попытка мирно урегулировать спор во внесудебном порядке согласуется с намерением защитить нарушенное право.
Переговоры имеют место быть, только если предполагаемый нарушитель права не отказывает в требовании безоговорочно. Кредитору во избежание срыва переговоров и обострения конфликта нецелесообразно до их окончания подавать иск в суд. Это событие может негативно повлиять на содержание и итог переговоров.
Было бы несправедливо по отношению к кредитору, если бы должник, после того как переговоры провалились, мог засчитать период их проведения в срок исковой давности.
Если не защитить кредитора от истечения давности во время переговоров, часть должников будет вступать в переговоры не с целью урегулирования спора, а для улучшения правовой позиции применительно к давности или извлечения преимущества из своего незаконного поведения.
В любом случае неостановка срока давности на период переговоров может подорвать принцип добросовестности и честной деловой практики.
Важно отметить и то, что такая функция института исковой давности, как защита ответчика, в полной мере выполняется в случае приостановления срока на период переговоров, поскольку уже в рамках данной досудебной согласительной процедуры ему становится известно об имеющихся притязаниях, связанных с действительным или предполагаемым нарушением прав и законных интересов, и он не испытывает иллюзии, что конфликт исчерпан.
Кроме этого, могут быть ситуации, когда, например, должник не отказывается исполнять обязательство (обязанность) и не собирается заявлять в суде о пропуске давности, а просто заинтересован в проверке спорных обстоятельств, утверждаемых кредитором, и, соответственно, стороны согласны попытаться снять пусть и не претензии по праву, но хотя бы некоторые вопросы факта (в частности, должник просит кредитора представить дополнительные документы, пояснения, и т.д.).
Представляется принципиально важным, чтобы переговоры применительно к исковой давности не ухудшали и позицию должника. В отсутствие специального регулирования факт переговоров может быть истолкован судом как совершение должником действий, свидетельствующих о признании долга.
Переговоры могут привести к разрешению правового конфликта по существу и удовлетворению должником материального интереса кредитора путём передачи первоначального предоставления (прекращение обязательства исполнением), предоставлением иного согласованного предоставления (отступного) заменой первоначального обязательства либо подтверждением должником права кредитора без какого-либо исполнения или новации (в этом случае должны вступать в действие нормы о перерыве срока исковой давности).
Наравне с вышеуказанными потенциальными случаями намеренного вступления в переговоры должника не исключено аналогичное поведение со стороны кредитора. Но бояться этого не стоит, т.к. переговоры не всегда удлиняют срок. По общему правилу давность при переговорах продолжается. И только тогда, когда это действительно нужно, а именно, если к моменту завершения переговоров давность прошла, следует добавлять непродолжительный дополнительный срок. Предсказуемость от этого сильно не пострадает. Кроме этого, не нужно обуславливать приостановление исковой давности добросовестным или недобросовестным поведением сторон во время самих переговоров.
Возражение о затруднительности определения момента начала и завершения переговоров не стоит преувеличивать. Установление тех или иных фактов применительно к исковой давности (определение начального момента течения срока; установление обстоятельств, приостанавливающих давность; проверка фактов совершения должником действий, свидетельствующих о признании долга, и т.д.) вызывает не меньшие затруднения, однако это не повод отказаться от данных институтов.
Заключение
Проведённый небольшой сравнительно-правовой обзор показал, что почти не осталось развитых правопорядков с отсутствующим регулированием влияния переговоров на исковую давность. Общим трендом является включение в перечень обстоятельств, ведущих к остановке срока давности, наряду с формализованными внесудебными процедурами урегулирования спора с участием посредника (медиатора) – обычных переговоров. Отличие заключается в том, что в большинстве стран требуется соблюдение письменной формы соглашения о вступлении в переговоры.
Поэтому, полагаем, нам следует вернуться к обсуждению введения в российское право соответствующей нормы. Предпосылки для этого имеются, и наработки тоже. Возможно, ситуация будет постепенно меняться при удорожании правосудия. Ну а пока такая норма не принята – ничто не препятствует судам приостанавливать исковую давность, которая истекла в ходе переговоров с участием должника, при последующем заявлении им об этом в суде, на основании принципа добросовестности и запрета извлечения преимущества из своего недобросовестного поведения.